Интервью с экспертами

Евгений Коныгин

Евгений Коныгин, исполнительный директор Подкомитета Комитета РСПП по энергетической политике и энергоэффективности: «Нефтяной олигархат не препятствует развитию альтернативной энергетики»

– Какие основные тенденции можно выделить в сфере возобновляемой энергетики?
– Россия, как член международного сообщества будет повторять мировые технологические тренды, которые уже реализуются в мире. Возобновляемую энергетику в Евросоюзе и США повсеместно поддерживают государственные структуры. Более того, в Евросоюзе приняты сверхамбициозные программы. К 2020 году там хотят 20% всей энергии вырабатывать с помощью возобновляемых источников. Некоторые страны Скандинавии, Германия взяли на себя еще более амбициозные (хотя и популистские) обязательства по максимальному задействованию местных энергетических ресурсов. В России эта тема актуальна в контексте использования местных источников энергетических ресурсов.
В последние годы почти умерла торфяная энергетика. Хотя относительно недавно Московская область по энергетическому обеспечению была, в основном, торфяной. Во многих местах осуществляется северный завоз. Например, в Якутию. Там богатые месторождения углей, но туда все равно издалека везется мазут. Довольно деликатная тема.
В некоторых местах высокий уровень потенциальной ветрогенерации. Туда можно было бы не ввозить совсем или в значительной степени снижать количество завозимого топлива. И сделать это за счет использования ветрогенератора. Если его мощности мало, то задействовать еще дизельные установки и дополнительные устройства. Таким образом, 30-40% ввозимого дорогого топлива можно было бы экономить.

– Насколько инвестиционно привлекательны проекты по строительству ветропарков?
– Мы в РСПП участвовали в проекте создания самого крупного в стране ветропарка. Он должен был располагаться в Ейске, около Азовского моря. Три поля по 12 крупных ветряков, каждый – по 2,5 мегаватта. Огромное количество энергии, потребность в которой была четко обоснована. Там был энергетический тупик. Но тема не пошла. Инвестор фактически продал все свои активы. Компания, которая вела работу, исчезла.
«Русгидро» (компания, которая была в определенной степени монополистом со стороны государства) запланировала работы в 13 регионах России. Они определили по количеству населения наличие потребностей в электроэнергии, часть которой можно было бы получать из ветропарков. Кроме острова Русский, где должно пройти крупное Евроазиатское совещание, никакой работы не ведется. У них фактически на это нет ресурсов.

– Существует ли в нашей стране практика использования энергии воды и солнца?
– В стране гигантские ресурсы малой гидроэнергетики. У нас было когда-то очень много гидростанций построено. Бетонные конструкции гидросооружений в основном сохранились. Если их использовать, то это на 30-40% сократило бы инвестиции в создание новых электростанций с новым технологическим оборудованием. Но эта тема очень вяло идет. Создали даже уже такую компанию в рамках «Русгидро» – «Новая энергетика». Но они реализовали примерно 5-7% из всех своих инициатив и то в виде создания малых гидростанций. Тема фактически тоже вяло идет. Тлеет. Почти не развивается.
Почти все компании, которые начали в нашей стране что-то делать в сфере солнечной энергетики, сошли на нет. Мировой финансовый кризис сделал малоинтересным производство солнечных модулей, которые должны были продаваться сначала за границу, а потом найти свое место на отечественном рынке. Разорились. Чтобы не обанкротиться совсем, эту тему почти закрыли.
Хотя недавно учредили новую ветросолнечную генерацию. Я благословил создание такого некоммерческого партнерства. Примерно месяц назад была организована новая инициативная группа.
По геотермальной энергетике в России тоже есть довольно мощные ресурсы, но они в основном расположены в неспокойной зоне Кавказа. На Камчатке есть Мутновская геотермальная станция.
Есть тепловые насосы. С их помощью можно вырабатывать энергию, например, из сбросов сточных вод.
Мы хотели в строительные нормы и правила в рамках РСПП ввести понятие обязательного использования тепла земли в тех местах, где можно достичь значительной экономии ресурсов благодаря извлечению подземного тепла, которое потом можно использовать в коммунальной системе. Но пока это в большей степени благие пожелания, хотя активность определенная есть.

– Какие структуры препятствуют развитию альтернативных источников энергии в России?
– Как ни странно, это очень мутно. Нефтяной олигархат этому не препятствует. Казалось бы, нефтяники хотят, чтобы их нефть продавалась, и поэтому они препятствуют всему остальному. Нет, на самом деле этого нет. «Лукойл» – одна из наиболее прогрессивных компаний в стране, которая это двигает всеми возможными способами. У них даже есть специальный департамент. Другие нефтяные компании тоже этому не препятствуют.
Получается, что существуют какие-то странные мифы (они внедряются в мозг на уровне политических компаний), что наши замечательные российские разработки вот-вот выйдут из недр университетов, будут запатентованы, и мы будем в разы лучше, чем на планете всей. А пока мы не пустим на наш потенциальный рынок тех, кто со своим железом придет и все займет. Такая глупость бродит в мозгах. Частично это нежелание допускать кого-то, пока сам к этой теме не имеешь прямого отношения. Мотивация в нашей стране часто связана не с логикой развития, а логикой индивидуального кармана.
В большой мере, возобновляемая энергетика – это дорогая игрушка. Нам нужно использовать местные топливно-энергетические ресурсы. Увеличить коэффициент полезного использования существующих технических средств. Улучшить схему управления – бардака гигантское количество не столько в области производства энергии, сколько в области ее передачи и потребления. Но мы-то говорим о том, где действительно в разы дороже строить или использовать газопроводы либо прокладывать электросети, изолируя на районы. Или те районы, которые действительно могут дешево и эффективно использовать дополнительные почти дармовые внешние ресурсы. Хотя для этого нужно гораздо большее вложение денег – коэффициент использования установленной мощности в возобновляемых источниках не 100%, где-то 30% нуждается в разовом гораздо большем вливании, чем традиционно.
В традиционной энергетике стоимость самого по себе энергоносителя делает совершенно нерентабельной всю эту систему в целом. В долгосрочном режиме такая энергетика никогда не окупается. Возобновляемая – окупается максимум за пять лет, но исходя из того, что надо, во-первых, много вложить в начале и потом организовывать сервис. А этот сервис, если говорить об удаленных районах, должен делаться какими-то высококлассными инженерами. Как они туда поедут? То есть вопросов объективных тоже много. В этом смысле я не предполагал искать врагов темы, но исходил из того, что она реально существует, ее надо очень деликатно разделять: где мухи, где котлеты. И тогда на фоне действительно действующего энтузиазма мы придем к чему-то полезному.

Апрель 2011